Я вернулся слишком поздно» — история о страхе, бегстве и искуплении, которое приходит тогда, когда уже нечего исправить
Я помню тот день так отчётливо, словно он не остался где-то в далёком прошлом, а продолжает происходить внутри меня до сих пор, повторяясь снова и снова в самых мельчайших деталях, в каждом звуке, в каждом взгляде, в каждом слове, которое было сказано или, наоборот, так и осталось несказанным. Белые стены роддома казались мне тогда не просто стенами, а чем-то давящим, почти враждебным, словно они сжимались вокруг меня, не давая ни вздохнуть, ни подумать спокойно, и этот резкий запах стерильности, от которого невозможно было скрыться, только усиливал ощущение, что я оказался в месте, где решается не просто чья-то судьба, а рушится моя собственная жизнь, к которой я, как оказалось, был совершенно не готов. Муанда кричала за дверью родильного отделения, и каждый её крик отзывался во мне не сочувствием, не желанием поддержать, а каким-то первобытным страхом, который я не мог объяснить, потому что он был глубже слов, глубже логики, глубже всего, что я считал собой. Я сидел, сжав...
