История о деньгах, семейной зависти и моменте, когда терпение заканчивается
— Опять началось, да? — сказала Татьяна, глядя на Сергея так, будто сейчас запустит в него чем-нибудь тяжёлым. — Ты вообще когда последний раз думал, прежде чем что-то делать?
Сергей виновато почесал щёку, не отрывая взгляда от обугленного чайника, стоящего на плите.
— Так я ж не специально… Просто подумал, что вода быстрее закипит, если на плиту поставить…
Татьяна на секунду закрыла глаза.
— Электрический чайник, Серёжа. Электрический! Ты понимаешь, что у тебя логика как у пятиклассника после контрольной?
— Да ладно тебе, купим новый… — пробормотал он.
— Конечно купим. Только, как всегда, на мои деньги.
Она хлопнула дверцей шкафа так, что посуда внутри зазвенела.
Так они и жили.
Не бедствовали, но и не богатели.
Старая панельная девятиэтажка на окраине города. Съёмная двухкомнатная квартира с облупленной кухней и батареями, которые зимой либо жарили как в бане, либо еле грели. За окном — детский сад с облезлой площадкой и бесконечный лай дворовых собак.
Соседи — отдельная история.
Сверху каждую субботу кто-то сверлил. Слева ругались супруги. Справа по вечерам играли на гитаре и пели так, будто это последний день человечества.
Сергей работал инженером на заводе. Зарплата была… ну, такой, о которой и не похвастаешь, и жаловаться вроде неловко.
А вот Татьяна выбилась.
Несколько лет назад она устроилась в частную фирму. Сначала обычным менеджером, потом стала руководителем отдела. Работы было много, но платили там честно. Иногда даже премии давали.
И именно с того момента начались проблемы.
Потому что чем больше она зарабатывала — тем чаще появлялись «родственные просьбы».
Сначала всё было безобидно.
— Танечка, у нас холодильник сломался…
— Таня, Серёже ботинки нужны…
— Танечка, ну ты же понимаешь, пенсия маленькая…
Татьяна помогала.
Она правда считала, что семья — это когда поддерживают друг друга.
Но со временем просьбы начали превращаться в требования.
Особенно со стороны свекрови.
Галина Ивановна была женщиной с характером, который можно описать одним словом — непробиваемый.
Она считала, что её дети — самые талантливые, самые несчастные и самые недооценённые люди на свете.
И если кому-то в семье везло — значит, он должен делиться.
В этот вечер Татьяна только переоделась после работы и собиралась спокойно поужинать.
И тут раздался звонок в дверь.
Она вздохнула.
— Только бы не соседка с её вечным «у вас соль не завалялась»…
Но судьба решила иначе.
На пороге стояла Галина Ивановна.
В старом пальто с мехом, который когда-то, вероятно, был лисой, но теперь больше напоминал половую тряпку.
Подбородок высоко поднят. Сумочка прижата к груди. Губы сжаты в тонкую линию.
Вид — как у проверяющей комиссии.
— Танюша, здравствуй, — сказала она таким тоном, будто Татьяна работает у неё домработницей. — А что это у тебя тут в прихожей пыльно? Не убираешься?
— Только вчера всё мыла, — спокойно ответила Татьяна. — Может, у вас зрение шалит?
Свекровь пропустила это мимо ушей.
Сергей, услышав голос матери, мгновенно притих.
Это у него был талант: как только начинался конфликт — он становился мебелью.
Галина Ивановна прошла в комнату и тяжело опустилась на диван.
— Ой, устала я. Ну и народу в автобусе… Сынок, налей-ка мне чаю.
Она оглянулась на кухню и заметила чайник.
— Ах да… — сказала она язвительно. — Я знала, что с твоими руками долго ничего не живёт.
Сергей неловко усмехнулся.
Татьяна уже начинала чувствовать, как внутри поднимается раздражение.
— Так, дети, — сказала Галина Ивановна, устраиваясь поудобнее. — У нас к вам разговор.
Татьяна насторожилась.
— Какой разговор?
Свекровь сделала театральную паузу.
— Леночка хочет поехать на море.
Татьяна моргнула.
— И?
— Девочка устала. Всё лето без отпуска. Нервы у неё, бедняжки, расшатались.
Леночка была младшей дочерью Галины Ивановны.
И по совместительству — человеком, который за свои тридцать лет не проработал ни одного полного года.
Работа ей всегда казалась «неподходящей».
То коллектив плохой.
То начальство токсичное.
То график неудобный.
Зато кредиты брать она умела виртуозно.
— Только вот денег у неё не хватает… — продолжила свекровь.
Татьяна уже знала, что будет дальше.
— И?
Галина Ивановна улыбнулась.
— Ну вы же сейчас хорошо живёте. У вас работа, премии… сапоги новые.
Татьяна медленно поставила кружку на стол.
— Подождите. Вы хотите, чтобы мы оплатили ей отпуск?
Свекровь посмотрела на неё так, будто вопрос был абсурдным.
— А что здесь такого?
В комнате повисла тишина.
И именно в этот момент Татьяна ещё не знала, что этот разговор закончится самым громким скандалом за весь их брак.
И что через несколько минут она услышит фразу, после которой её терпение лопнет окончательно.
Часть 2 — Разговор, который превратился в скандал
Татьяна медленно поставила кружку на стол и внимательно посмотрела на свекровь.
— Подождите. Вы хотите, чтобы мы оплатили Леночке отпуск?
Галина Ивановна посмотрела на неё с таким выражением, будто Татьяна спросила что-то совершенно глупое.
— А что здесь такого? — пожала плечами она. — Вы же семья.
Татьяна усмехнулась.
— Интересно получается. Когда Леночка берёт кредиты, она взрослая и самостоятельная. А когда платить — сразу семья должна помогать?
Свекровь нахмурилась.
— Ты сейчас говоришь так, будто это чужой человек.
— Она и есть чужой человек, — спокойно ответила Татьяна. — Это ваша дочь, а не моя.
Сергей заёрзал на диване.
— Таня… ну не начинай.
Она резко повернулась к нему.
— Не начинай? Серьёзно?
Галина Ивановна вздохнула так тяжело, будто на её плечи свалились все проблемы мира.
— Я не понимаю, что с тобой случилось, Татьяна. Раньше ты была гораздо добрее.
— Раньше меня не использовали, — спокойно ответила она.
Свекровь прищурилась.
— Использовали? Это ты сейчас о нашей семье так говоришь?
Татьяна откинулась на спинку стула.
— А как это назвать иначе? Сначала холодильник. Потом ремонт. Потом долги. Теперь отпуск.
Галина Ивановна всплеснула руками.
— Господи, какие копейки! Ты так говоришь, будто мы у тебя миллионы просим!
— Для меня это не копейки, — сказала Татьяна. — Я работаю по десять часов в день.
Свекровь резко повернулась к сыну.
— Серёжа, ты слышишь, как она разговаривает? Как будто мы у неё на паперти стоим!
Сергей неловко пожал плечами.
— Мам, ну…
Он посмотрел на Татьяну.
— Может… действительно можно помочь?
Татьяна медленно повернула голову.
— Ты серьёзно?
— Ну… у тебя же сейчас премия была…
— Так вот в чём дело, — тихо сказала она.
И вдруг всё стало понятно.
Не отпуск.
Не усталость Леночки.
Премия.
Кто-то из родственников узнал, что Татьяна получила крупную выплату.
И вот результат.
— Значит, — сказала она медленно, — как только я заработала деньги, у вашей семьи сразу появились планы на них?
Галина Ивановна резко выпрямилась.
— Да как ты смеешь так говорить?!
И тут она сказала фразу, от которой Татьяна буквально замерла.
— Как посмела ты преуспеть больше моего сына?!
В комнате повисла тишина.
Даже Сергей перестал двигаться.
Татьяна медленно поднялась со стула.
— Простите… что вы сказали?
Свекровь уже не могла остановиться.
Её словно прорвало.
— Да! Именно это я и сказала! Женщина должна поддерживать мужа, а не выпячивать свои успехи!
— Я ничего не выпячиваю, — холодно ответила Татьяна. — Я просто работаю.
— Работает она! — фыркнула Галина Ивановна. — А мой сын тогда кто? Ничего не делает?
Татьяна перевела взгляд на Сергея.
Он сидел, уставившись в пол.
Молчал.
Как всегда.
— Сергей, — сказала она тихо. — Может, ты что-нибудь скажешь?
Он вздохнул.
— Таня… мама просто переживает.
— За что?
— За семью.
Татьяна рассмеялась.
Горько.
— За семью? Или за кошелёк?
Свекровь резко вскочила с дивана.
— Да как ты смеешь!
— Очень просто, — ответила Татьяна. — Я устала.
— От чего?!
— От того, что в этой семье меня считают банкоматом.
Сергей наконец поднял глаза.
— Это неправда.
— Правда, — сказала она.
И начала загибать пальцы.
— Холодильник.
— Ремонт.
— Долги Леночки.
— Новый телефон для неё.
— И теперь ещё отпуск на море.
Галина Ивановна покраснела.
— Это всё для семьи!
— Нет, — спокойно ответила Татьяна. — Это всё для Леночки.
Свекровь сделала шаг вперёд.
— Она твоя родственница!
— Она взрослая женщина, — сказала Татьяна. — Которая может пойти и заработать.
— Ты завидуешь ей! — вдруг выкрикнула свекровь.
Татьяна моргнула.
— Простите… что?
— Конечно завидуешь! — продолжала Галина Ивановна. — Леночка красивая, лёгкая, умеет жить!
— Умеет жить? — тихо переспросила Татьяна.
— Да! А ты только деньги считаешь!
Татьяна вдруг рассмеялась.
На этот раз по-настоящему.
— Интересная логика.
Она посмотрела на Сергея.
— То есть я должна работать, платить за квартиру, покупать технику… и ещё оплачивать отпуск вашей сестре?
Сергей промолчал.
Это было хуже любого ответа.
И именно в этот момент Татьяна поняла одну вещь.
Она в этой семье одна.
Комментарии
Отправить комментарий