После развода мой бывший муж узнал, что мне подарили гостевой дом на берегу моря. И почти сразу же привёз туда свою мать, заявив, что она собирается пожить у меня «полгода» и лично выбрать себе комнату. Но дальше ворот они так и не прошли.
В субботу утром я как раз собиралась повесить новые шторы в одной из комнат на втором этаже, когда Ирина позвонила мне от ворот.
— Наталья, а у нас сегодня кто-нибудь заселяется надолго? — спросила она. — Здесь женщина с двумя чемоданами. Говорит, хочет выбрать комнату до октября.
Я нахмурилась.
Никаких долгосрочных заездов на сегодня не было.
Но Ирина продолжила:
— И ещё с ней мужчина. Говорит, что он отец Сони. Я пока не стала их впускать.
Я подошла к окну и посмотрела вниз.
У ворот действительно стояла машина Вадима. Рядом с ней находилась его мать, Раиса Михайловна. Она внимательно разглядывала второй этаж, словно уже мысленно выбирала себе комнату. Возле багажника лежали два чемодана и большая дорожная сумка.
Неделю назад Вадим написал мне, что его мать хочет «приехать посмотреть дом».
Я тогда ответила ему совершенно ясно:
«Летом все комнаты сдаются отдыхающим. Мама не сможет жить здесь у меня шесть месяцев».
После этого он больше ничего не ответил. Я решила, что на этом наш разговор закончился и конфликт исчерпан.
Мы с Вадимом были женаты двенадцать лет.
Когда родилась Соня, его мама очень помогала нам. Она забирала внучку из школы, оставалась с ней по вечерам и приезжала к нам домой, если мы задерживались на работе.
Соня обожала бабушку.
И я никогда не пыталась вмешиваться в их отношения.
Но хорошие отношения с бабушкой вовсе не означали, что я должна была отдавать ей свой дом на неопределённый срок.
После развода всё изменилось.
Вадим быстро устроил свою личную жизнь и вскоре начал жить с другой женщиной. Сначала меня это не особенно волновало. Мы давно перестали быть семьёй в прежнем смысле, и я старалась сосредоточиться на себе и Соне.
А потом неожиданно изменилась и моя жизнь.
Несколько месяцев назад одна дальняя родственница, с которой мы были близки много лет, решила передать мне свой небольшой гостевой дом на берегу моря. Дом был не роскошным, но очень уютным: два этажа, несколько комнат для отдыхающих, небольшая терраса и двор, откуда до пляжа можно было дойти за несколько минут.
Я постепенно приводила всё в порядок и начала сдавать комнаты туристам.
Именно тогда Вадим впервые проявил к моему новому дому особый интерес.
Сначала он спрашивал, хорошо ли идут дела.
Потом поинтересовался, сколько стоит проживание.
А однажды совершенно спокойно сказал:
— Всё-таки тебе повезло. Теперь у тебя есть место, где можно жить практически бесплатно.
Я тогда только улыбнулась и не стала отвечать.
Но, судя по всему, он запомнил адрес.
Теперь, глядя из окна на его машину, я уже понимала, почему он так неожиданно замолчал после нашего последнего разговора.
Он не спрашивал разрешения.
Он просто решил, что вопрос уже решён.
Я спустилась вниз и вышла во двор.
Ирина стояла у ворот, не зная, что делать дальше.
Увидев меня, Вадим сразу направился навстречу.
— Наталья, наконец-то! — сказал он так, будто мы встретились случайно и у нас не было никаких проблем. — Мы тебя уже давно ждём.
Я посмотрела на его мать, потом на чемоданы.
— Я вижу.
Раиса Михайловна поправила платок и улыбнулась.
— Наташенька, не сердись. Вадим сказал, что ты не против, чтобы я пожила здесь до осени.
Я медленно перевела взгляд на бывшего мужа.
— Правда?
Вадим пожал плечами.
— Ну а что такого? Маме нужно отдохнуть у моря. Ты всё равно здесь живёшь. Комнат много.
— Комнаты не пустуют, — спокойно ответила я. — Они сдаются.
— Ну так одну можно не сдавать.
— Нельзя.
Он нахмурился.
— Наталья, ты серьёзно?
— Более чем.
Раиса Михайловна вмешалась:
— Я могу сама оплачивать продукты. Мне много не нужно. Я тихая, никому мешать не буду.
— Дело не в продуктах, — ответила я. — И не в том, будете ли вы кому-то мешать. У меня гостевой дом, а не бесплатная квартира для родственников.
Вадим резко выдохнул.
— Ты же понимаешь, что речь идёт о моей матери?
— Конечно понимаю. И именно поэтому я не собираюсь унижать её, делая вид, будто она приехала отдыхать, когда на самом деле вы просто поставили меня перед фактом.
Он посмотрел на Ирину.
— Ты могла бы хотя бы открыть ворота.
Ирина смутилась.
— Я не могу впустить гостей без разрешения Натальи.
Я заметила, как лицо Вадима изменилось.
Он явно рассчитывал, что всё пройдёт совсем иначе.
— Ладно, — произнёс он холодно. — Давай поговорим внутри.
— Нет.
Он замер.
— Почему?
— Потому что вы приехали не поговорить. Вы приехали заселяться.
На несколько секунд воцарилась тишина.
Раиса Михайловна посмотрела на меня с недоумением.
— Но куда же мне теперь ехать? Вадим сказал, что всё договорено.
Я посмотрела на бывшего мужа.
— Вот это и есть главный вопрос, Вадим. Почему ты сказал своей матери, что всё договорено, если я никогда этого не говорила?
Он ничего не ответил.
Тогда я поняла, что сегодняшний разговор будет намного сложнее, чем я предполагала.
Вадим отвёл взгляд.
— Я просто не хотел заранее тебя беспокоить, — наконец сказал он.
— Беспокоить? — переспросила я. — Ты привёз сюда свою мать с двумя чемоданами, не получив моего согласия. И называешь это «не хотел беспокоить»?
— Наталья, хватит драматизировать. Мама действительно хочет отдохнуть у моря. Что тебе стоит уступить ей одну комнату?
— Одну комнату на полгода?
— Да.
Я покачала головой.
— Ты вообще представляешь, сколько я заработаю за эти месяцы, если буду сдавать эту комнату туристам?
— Деньги, деньги… — раздражённо произнёс Вадим. — Ты ведь не бедствуешь.
Я посмотрела на него и усмехнулась.
— А какое отношение это имеет к тебе?
Он замолчал.
За эти годы я привыкла, что Вадим всегда говорил уверенно, когда распоряжался чем-то, что ему не принадлежало.
После развода я наконец перестала это терпеть.
— Послушай, — сказал он уже спокойнее. — Давай не будем ссориться. Мама останется до октября. Потом уедет. Я буду иногда привозить ей продукты.
— Нет.
— Почему?
— Потому что я сказала нет.
Раиса Михайловна тяжело вздохнула.
— Наташа, я ведь не чужой человек. Я помогала тебе, когда родилась Соня.
Я посмотрела на неё.
— Я этого никогда не забывала. И я всегда была благодарна вам за помощь. Вы прекрасная бабушка для Сони. Но помощь, которую вы когда-то оказали нашей семье, не даёт вам права жить в моём доме без моего разрешения.
Она ничего не ответила.
Вадим снова начал раздражаться:
— Значит, вот так ты решила отблагодарить мою мать?
— Я не обязана платить жильём за прошлые добрые поступки.
После этих слов он окончательно потерял терпение.
— Хорошо! Тогда хотя бы ради Сони!
Я удивлённо посмотрела на него.
— Не впутывай Соню в этот разговор.
— Она любит бабушку.
— И будет любить её независимо от того, живёт она здесь или нет.
В этот момент из дома вышла Соня. Она увидела бабушку и сразу побежала к ней.
— Бабушка!
Раиса Михайловна крепко обняла внучку.
— Сонечка, я хотела пожить рядом с тобой всё лето.
Соня посмотрела на меня, потом на отца.
— А разве бабушка не может здесь остаться?
Я присела рядом с дочерью.
— Солнышко, бабушка может приезжать к нам в гости. Но летом здесь живут отдыхающие.
— А папа сказал, что бабушка будет жить здесь до октября.
Я посмотрела на Вадима.
— Именно поэтому мы сейчас и разговариваем.
Соня немного расстроилась, но ничего не сказала.
Я взяла её за руку.
— Ты можешь проводить с бабушкой столько времени, сколько захочешь. Это никак не изменится.
Раиса Михайловна погладила внучку по голове.
А потом неожиданно сказала:
— Вадим, поехали.
Он повернулся к ней.
— Мам?
— Она права.
Он явно не ожидал этого.
— Что?
— Я думала, ты всё согласовал с Наташей. Если она не соглашалась, значит, не нужно было меня сюда привозить.
Вадим покраснел.
— Мам, я хотел как лучше.
— Тогда сначала нужно было спросить.
Он ничего не ответил.
Через несколько минут чемоданы снова оказались в багажнике.
Раиса Михайловна перед отъездом подошла ко мне.
— Наташа, прости. Я действительно думала, что ты согласна.
— Я не держу на вас зла.
Она кивнула и обняла меня.
— Тогда давай хотя бы Соню ко мне иногда привозить.
— Конечно.
Машина выехала за ворота.
Я стояла и смотрела ей вслед, пока автомобиль не скрылся за поворотом.
Через несколько минут телефон снова зазвонил.
На экране высветилось имя Вадима.
Я ответила.
— Что ещё?
Он помолчал.
— Я хочу извиниться.
Я ничего не сказала.
— Я действительно решил всё за тебя. Мне казалось, что ты не станешь возражать.
— Теперь ты знаешь, что стану.
Он тихо усмехнулся.
— Да. Теперь знаю.
Мы попрощались.
Я вернулась в дом, поднялась на второй этаж и снова взялась за шторы.
Комната, которую Вадим уже мысленно отдал своей матери на полгода, осталась свободной только до следующего заезда.
В тот вечер я получила сообщение от нового гостя: семья из Москвы забронировала эту комнату на две недели.
Я посмотрела на экран и улыбнулась.
Дом был мой.
Решения о нём тоже были моими.
Комментарии
Отправить комментарий