«Я проснулся рядом с лучшей подругой жены — и узнал, что моя настоящая жена умерла семь лет назад»

Я проснулся и повернул голову, но в следующую секунду меня словно ударило током.

Я лежал не рядом со своей женой.

Рядом со мной спала Элиза — лучшая подруга моей жены.

Первая мысль, которая промелькнула у меня в голове, была совершенно нелепой:

«Это сон. Я сейчас проснусь…»

Но я не просыпался.

Тогда меня охватил настоящий ужас.

«Неужели я каким-то образом изменил своей жене?»

Как такое вообще могло произойти? В памяти царил сплошной туман. Я ничего не помнил. Ни того, как оказался здесь, ни почему Элиза лежала рядом со мной.

В этот момент она зашевелилась, открыла глаза, посмотрела на меня и вдруг улыбнулась.

А затем наклонилась и поцеловала меня.

— С днём рождения, дорогой! — ласково произнесла она.

Я застыл.

Дорогой?!

Да, сегодня действительно был мой день рождения. Но почему Элиза называла меня так, будто мы были близкими людьми?

Она спокойно поднялась с кровати, накинула халат и вышла из комнаты.

Я остался сидеть на кровати, совершенно ошеломлённый.

В голове крутилась только одна мысль:

«Что, чёрт возьми, происходит?»

Я медленно оглядел комнату. Она была мне незнакома. Это точно был не наш с женой дом.

Затем мой взгляд упал на прикроватную тумбочку.

Там стояла фотография в красивой рамке.

Я протянул руку и взял её.

Моё сердце едва не остановилось.

На фотографии был я.

Но рядом со мной стояла…

Элиза.

Мы были одеты как жених и невеста.

Я смотрел на снимок, не в силах поверить собственным глазам.

Это невозможно.

Я перевернул фотографию, надеясь найти какое-нибудь объяснение. Но ничего не было.

Только мы вдвоём.

На свадебной фотографии.

— Господи… — прошептал я.

Руки начали дрожать.

Я схватил телефон с тумбочки и первым делом решил позвонить своей жене.

Мне нужно было услышать её голос.

Мне нужно было понять, что происходит.

Я нашёл её номер в контактах и нажал кнопку вызова.

Гудок.

Ещё один.

Я сжал телефон в руке, ожидая, когда она ответит.

Но в тот момент на экране появилось сообщение, от которого кровь застыла у меня в жилах.

Сообщение было от моей жены.

И всего несколько слов полностью изменили всё, что я думал о своей жизни.

Я открыл сообщение.

«Не звони мне. Нам больше не о чем говорить. Ты сам сделал свой выбор».

Я перечитал его несколько раз.

Неужели это действительно написала моя жена?

— Нет… Этого не может быть, — пробормотал я.

Я снова набрал её номер.

На этот раз звонок сразу сбросился.

Я попытался ещё раз.

То же самое.

В этот момент в комнату вернулась Элиза. В руках она держала две чашки кофе. Увидев моё лицо, она остановилась.

— Что случилось?

Я поднял на неё телефон.

— Где моя жена?

Элиза замерла.

Несколько секунд она просто смотрела на меня.

— Какая именно жена? — тихо спросила она.

Я почувствовал, как внутри всё похолодело.

— Не играй со мной, Элиза. Я говорю о Марине. Моей жене.

Она поставила чашки на стол.

— Тебе нельзя сейчас волноваться.

— Почему?

Она ничего не ответила.

Я вскочил с кровати и подошёл к зеркалу.

И только тогда заметил то, чего раньше не увидел.

На моей руке не было обручального кольца.

Я машинально ощупал безымянный палец.

Пусто.

— Где моё кольцо? — спросил я.

Элиза опустила глаза.

— Ты снял его вчера.

— Почему?

Она долго молчала, а затем сказала:

— Потому что ты больше не женат на Марине.

Я рассмеялся.

Это был нервный, почти истерический смех.

— Что за бред? Я лёг спать рядом с женой. А проснулся здесь, рядом с тобой. Теперь ты говоришь мне, что я с ней развёлся?

Элиза подошла ближе.

— Ты не помнишь?

— Не помню чего?

Она вздохнула.

— Вчера вечером ты сам пришёл ко мне.

— Я бы никогда этого не сделал.

— Ты сделал.

— Зачем?

Элиза посмотрела прямо мне в глаза.

— Потому что ты узнал правду о Марине.

Я почувствовал, как сердце забилось сильнее.

— Какую правду?

Она не успела ответить.

Внизу хлопнула входная дверь.

Кто-то вошёл в дом.

Элиза резко побледнела.

— Он здесь…

— Кто?

Она посмотрела на меня и прошептала:

— Твой адвокат.

Я нахмурился.

— Зачем моему адвокату приходить сюда?

Элиза достала из кармана конверт и протянула его мне.

— Потому что сегодня ты должен был подписать документы.

Я открыл конверт.

Внутри лежали бумаги о разводе.

Но самое страшное было не это.

Внизу на последней странице стояла моя подпись.

Я смотрел на неё несколько секунд.

Она была моей.

И тогда в памяти внезапно вспыхнул короткий эпизод.

Марина плакала.

Я кричал на неё.

Элиза стояла рядом.

А затем Марина сказала:

— Если ты подпишешь эти бумаги, больше никогда меня не увидишь.

Я резко отшатнулся от стола.

— Нет…

Элиза молча смотрела на меня.

— Что со мной произошло вчера?

Она ответила не сразу.

— Ты узнал, что Марина изменяла тебе.

Я замер.

— С кем?

Элиза отвела взгляд.

— С моим мужем.

В комнате наступила мёртвая тишина.

Я медленно поднял голову.

— Что ты сейчас сказала?

— Марина была с моим мужем. И ты узнал об этом вчера вечером.

Я смотрел на неё, пытаясь осмыслить услышанное.

— Тогда почему на этой фотографии мы с тобой женаты?

Элиза ничего не сказала.

Я снова посмотрел на фотографию.

И вдруг заметил дату.

Она была сделана не вчера.

Не месяц назад.

И даже не год назад.

Фотография была датирована десятью годами ранее.

Я почувствовал, как земля уходит из-под ног.

— Элиза… — прошептал я. — Почему на этой фотографии мы с тобой?

Она закрыла глаза.

А затем сказала:

— Потому что ты уже был моим мужем.

Я не мог произнести ни слова.

— А Марина… — продолжила она, — никогда не была твоей женой.

Я посмотрел на неё с ужасом.

— Тогда кто такая Марина?

Элиза ответила:

— Твоя жена умерла семь лет назад.

И в ту же секунду дверь комнаты распахнулась.

На пороге стояла Марина.

На пороге действительно стояла Марина.

Я смотрел на неё, не понимая, что происходит.

Она была совершенно спокойна.

— Ты наконец вспомнил? — спросила она.

Элиза встала между нами.

— Не подходи к нему.

Марина усмехнулась.

— А что ты ему расскажешь теперь? Всю правду?

Я перевёл взгляд с одной женщины на другую.

— Хватит! Кто-нибудь объяснит мне, что происходит?

Марина медленно вошла в комнату.

— Ты не помнишь меня, потому что после аварии врачи сказали, что часть твоей памяти может никогда не восстановиться.

— Какой аварии?

Она посмотрела на Элизу.

— Расскажи ему.

Элиза опустила голову.

— Семь лет назад ты попал в аварию. Перед этим ты узнал, что я тебе изменила. Ты подал на развод. Но до суда мы так и не дошли.

Я почувствовал, как у меня закружилась голова.

— Тогда почему я не помню?

— Потому что после аварии ты потерял часть воспоминаний, — ответила Элиза. — А твоя семья решила, что лучше не говорить тебе о прошлом, пока ты не восстановишься.

Я посмотрел на Марину.

— А ты?

Она тихо ответила:

— Я была твоей медсестрой в реабилитационном центре.

Я застыл.

— Что?

— Ты не помнил меня. Но однажды сказал, что рядом со мной тебе спокойно. Потом мы начали встречаться. Через год поженились.

Я посмотрел на фотографию.

Теперь всё сходилось.

Это была не Элиза.

На фотографии действительно была женщина, похожая на неё, но в моём затуманенном сознании я просто решил, что это Элиза.

— Тогда почему я проснулся здесь?

Марина посмотрела на Элизу.

— Вот это я тоже хочу знать.

Элиза наконец подняла глаза.

— Потому что вчера он пришёл ко мне.

— Зачем? — спросила Марина.

Элиза достала телефон.

— Потому что я позвонила ему и сказала, что нашла документы, которые доказывают, что ты скрывала от него правду о его прошлом.

Марина побледнела.

— Какие документы?

Элиза протянула ей папку.

— Его медицинские записи. И фотографии.

Марина открыла папку и начала листать документы.

Её руки задрожали.

Я взял один лист.

Там было написано, что после аварии моя память могла восстанавливаться постепенно, а некоторые воспоминания могли возвращаться в виде снов и отдельных фрагментов.

Я вспомнил ещё кое-что.

Свою настоящую свадьбу.

С Мариной.

Её улыбку.

Наш первый дом.

Нашу дочь.

И тот вечер, когда она сказала мне, что беременна.

Я посмотрел на Марину.

— У нас есть ребёнок?

Она заплакала.

— Дочь. Ей шесть лет.

У меня перехватило дыхание.

— Где она?

— У моей сестры.

Я подошёл к Марине.

— Почему ты сказала мне, что я тебе изменил?

Она закрыла лицо руками.

— Потому что вчера ты пришёл домой и сказал, что ничего обо мне не помнишь. Ты даже не узнал нашу дочь.

Я опустил глаза.

Теперь я понял, почему её сообщение было таким холодным.

Я не просто забыл её.

Я забыл целую жизнь.

Я повернулся к Элизе.

— А ты зачем сказала мне, что Марина умерла?

Элиза молчала.

Я повторил:

— Зачем?

Она заплакала.

— Потому что я хотела, чтобы ты снова выбрал меня.

В комнате стало тихо.

— Ты специально заставила меня поверить, что Марина умерла?

Она кивнула.

— Я думала, если ты ничего не помнишь, у меня есть шанс начать всё сначала.

Я почувствовал не злость, а невероятную усталость.

Я взял со стола телефон и снова открыл сообщение Марины.

Теперь я понял его смысл.

«Ты сам сделал свой выбор».

Я посмотрел на неё.

— Я не хочу выбирать между прошлым и настоящим. Я хочу узнать правду.

Марина кивнула сквозь слёзы.

— Тогда поехали домой.

Мы вышли из дома вместе.

По дороге я почти ничего не говорил.

Когда мы подъехали к небольшому дому, дверь открылась, и на пороге появилась маленькая девочка.

Она посмотрела на меня несколько секунд.

Потом тихо сказала:

— Папа?

Я почувствовал, как к горлу подступил ком.

Я опустился перед ней на колени.

Она бросилась мне на шею.

И в этот момент во мне словно что-то переключилось.

В памяти одна за другой начали всплывать картинки.

Как я учил её кататься на велосипеде.

Как она впервые пошла в школу.

Как она заснула у меня на руках.

Как Марина смеялась, наблюдая за нами.

Я крепко обнял дочь.

— Прости меня, — прошептал я.

Марина стояла в дверях и плакала.

Позже врачи объяснили мне, что память действительно могла возвращаться постепенно. Но мне пришлось заново узнать собственную семью — людей, которых я когда-то любил больше всего.

Через несколько месяцев я снова посмотрел на ту старую фотографию.

Теперь я уже точно знал, кто на ней изображён.

Это была Элиза.

Моя бывшая жена.

А женщина, которая всё это время пыталась вернуть меня к нашей настоящей жизни, была Марина.

Моя жена.

И когда моя дочь в тот вечер спросила:

— Папа, ты теперь больше никогда нас не забудешь?

Я улыбнулся, крепко обнял её и ответил:

— Никогда.